• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:34 

ludum serius
29.11.2011 в 10:03
Пишет .:Harlequin:.:

Теперь мы рассмотрим тот особый отпечаток, который различные виды правления налагают на личность. Во-первых, убедитесь, что вы правильно распознали основную правящую силу. Например, взглянем подробнее на человеческую историю. Известно, что люди покорялись многим видам притеснений: правления автархов, плутархов, искателей власти различных республик, олигархов, тирании большинства и меньшинства, скрытое увещевание избирательных групп, глубоко скрытые инстинкты и поверхностные влечения юности.

И во всех случаях, постарайтесь понять эту концепцию правильно, правящей силой было то, что по убеждению отдельных личностей обладало контролем над их непосредственным выживанием. Выживание определяет вид отпечатка. Во многих случаях человеческой истории (а эта ситуация сходна у большинства чувствующих существ) президенты Корпораций своими небрежными замечаниями больше влияли на выживание, чем стоящие во главе официальные лица. Наблюдая за мультипланетными корпорациями, мы, граждане Консента, не можем забывать об этом. Мы не смеем забыть это даже о нас самих. Когда вы работаете для собственного выживания, это накладывает на вас доминирующий отпечаток, определяет то, во что вы верите.

Инструкция Бюро Саботажа


©Фрэнк Герберт. Досадийский эксперимент


URL записи

20:29 

Стокгольмский синдром

ludum serius
Прозрачны сумерки. Ноябрь загустел
Студёным воздухом в стекле оконном.
По тротуарам беспризорным
Стук каблуков - короткий, как расстрел.
Покинут город, гибнут фонари,
по парапетам разметав лучи, как платья,
и поворачиваю вспять я
от невозможности зари.

Постылый ужас, детский лепет,
забытый сон, далёкий путь,
о, дайте мне ещё вздохнуть,
ещё взглянуть в слепое небо
балтийских вод! В нём - потонуть,
по медной распластаться плахе
недвижных туч и сжаться в страхе
от невозможности взглянуть
в глубины вод, на блеск секиры
дождей серебряных, над миром
уж занесённою извне.
Как ужас ширится во мне!
Зрачок трепещет от простора,
что в этой сумрачной стране
нам - вместо голода и мора
и вместо гибели во сне.
Палач слепой и милосердный,
убийца тихий, город мой,
мертворождённый и бессмертный,
какие воды над тобой?

@музыка: Arnold Schoenberg - String Quartet No. 3

03:43 

Un petit retour

ludum serius
Иногда прошлое представляется мне бессвязно разбросанными паззлами от какой-то чудесной мозаики. Кажется, выуди их все из бескрайнего пространства забвения, сложи в том порядке, в котором они задуманы, а не так, как их перемешало бессмысленное время, и в получившейся картине можно будет спрятаться наподобии того художника из китайской сказки, и жить в ней, не боясь больше смерти. И вот ты сидишь перед этой пёстрой горой деталей, выуживая из неё то один, то другой бесценный и бесполезный осколок Совершенства и всматриваешься в него, пытаясь понять: что должно быть продолжением оборвавшегося на краю узора? Какой смысл будет иметь вспомнившийся взгляд или жест? В каком ракурсе он обретёт свою завершённость?

Год ещё не закончился, даже снег не пошёл, а кажется, что с прошлой осени прошла целая жизнь.
Я вспоминаю своё предыдущее возвращение в этот город.
Неделю спустя после того как чудовище аэропорта выплюнуло меня, полуоглохшего от посадки, невменяемого от счастья и двух бессонных ночей в холодный и сырой питерский воздух, я шёл по очень длинному проспекту. Ярко светились огромные витрины, вечерний ветер кидал в лицо пригоршни неправдоподобно крупных и белых снежинок, машины буксовали в сугробах, отовсюду слышалась ещё непривычная русская речь. Куртка, рассчитанная на мягкую французскую зиму, и тонкая шёлковая рубашка пропускали приморский ветер насквозь, пальцы, судорожно сжимавшие книжку, тортик и цветы, побелели до бесчувствия, проспект казался бесконечным.
Это вообще первая вещь, с которой сталкиваешься по возвращению: изменение масштабов. В Париже среднее время пути между 2мя станциями метро - 1,5-2 мин, в Питере - 5-6, поэтому поначалу либо приезжаешь на час раньше, либо столь же чудовищно опаздываешь - в зависимости от направления возвращения. С улицами то же самое. Посмотрев на карте, что от метро до пункта назначения всего 3 квартала, я оптимистично решил "немного прогуляться", пренебрегши каким бы то ни было транспортом. Наверное, именно это изменение масштабов и климата превратило если не будничное, то более или менее естественное событие "зайти в гости к подруге" в путешествие, а квартиру на последнем этаже окраинной девятиэтажки в долгожданный приют.
Мы не виделись почти год и последняя встреча, как, впрочем, и все предыдущие, была случайной, сумбурной и наполненной бессвязным шумом разговоров множества людей. За почти 6 лет знакомства мы виделись в лучшем случае пару десятков раз и никогда - tête-à-tête; не знаю, почему именно твой номер предыдущим вечером выскользнул из записной книжки и упал на паркет. Я не знал, зачем иду к тебе (или даже - к кому?) - то ли на встречу с воспоминанием, ища разбросанные кусочки жизни, то ли, напротив, сам стремясь укрыться от неё в твоей неосведомлённости обо мне.
Всё это пошло к чёрту в первые три минуты: ты встретила меня на пороге, улыбающаяся, рыжая, на третьем месяце, выскочившая следом собака немедленно радостно обслюнявила мою куртку, прихожая в трагическом состоянии ремонта оказалась слишком узкой для нас всех, беспорядочно и шумно завалившихся внутрь. Я остро почувствовал нелепость всех предметов у себя в руках: книжка по-французски, слишком большой букет, слишком тяжёлый тортик - наверняка ты сидишь на какой-нибудь сверхестественной диете для будущих мам. Всё это было некуда положить, чтобы обнять тебя, смотря на собачьи когти, я ясно понимал во что превратится моя любимая рубашка, если я сниму куртку, всё это невозможно было предусмотреть. Если бы не слишком поздний час, я бы бросил всё это на пол и пустился наутёк по лестнице. Ты не обратила на это ровным счётом никакого внимания, за считанные секунды моей бессмысленной рефлексии, зашвырнув собаку в кладовку как мешок с картошкой и освободив мои руки, скрылась на кухне, продолжая что-то говорить. Всё было странно и чудесно для меня: твоя невероятно быстрая речь и горящие во всю силу газовые конфорки - чисто питерский, кажется, способ обогрева помещений, и вид из окна на заснеженную окраину большого города.
Я думаю, что подлинные чудеса происходят как раз на таких маленьких кухнях, а не в сказочных лесах и дворцах. Чудеса вообще существа болезненно скромные и часто прячутся под видом самых незначительных событий.
Сам по себе на столе появился чай, а напротив - фантастический, немного птичий профиль. О том, чего я боялся больше всего, - мучительном молчании, можно было не беспокоиться. Мы были знакомы тысячу лет, а виделись последний раз вчера вечером, и все важные темы были обсуждены давным-давно и забыты. Ты говорила непрерывно, затягиваясь тонкими ментоловыми сигаретами - о себе и твоём будущем ребёнке, о смутно знакомых мне по прошлым жизням людях, чьё существование никогда не имело значения, погружалась в хитросплетения судеб своих бесчисленных друзей и родственников, рассказывала о том, что происходит в этой стране (человек, никогда не смотрящий телевизор и не читающий газет предельно удобен в плане выбора темы разговора), которая не имела ничего общего с заснеженным двором и птицами за окном. Непринуждённо и естественно переходя от одной темы к другой, ты сплетала ткань разговора, а мне оставалось лишь восхищённо наблюдать за появляющимися узорами. Когда я понял, что никаких вопросов не будет, облегчению не было предела. Когда я понял, что отвечать тоже необязательно, можно лишь изредка кивать и делать замечания, это было счастье. Я пил чай и слушал, как зачарованный, полный благодарности за возможность ничего не говорить, чувствуя, как тело вновь привыкает к окружающему, как этот странный и чудесный мир, так разительно отличающийся от игрушечно-аккуратной Европы, принимает меня и становится домом.
Спустя вечность, я встал из-за стола и подошёл к окну. Сквозь заледеневшее стекло пробивались первые лучи позднего зимнего солнца. Птиц не было. Ты молчала. Я наконец вернулся домой.

@музыка: Рахманинов - концерт для фортепиано с оркестром #2

20:18 

ludum serius
You're just too good to be true
Can't take my eyes off you
You'd be like heaven to touch
I wanna hold you so much
At long last love has arrived
And I thank God I'm alive
You're just too good to be true
Can't take my eyes off you
Pardon the way that I stare
There's nothing else to compare
The sight of you leaves me weak
There are no words left to speak
So if you feel like I feel
Please let me know that it's real
You're just too good to be true
Can't take my eyes off you

(c) Frankie Valli

04:47 

ludum serius
И тогда ученый человек сказал: Скажи нам о Разговоре. И
он ответил, говоря так: Вы разговариваете, когда перестаете быть в мире
с вашими мыслями; И когда вы больше не можете жить в одиночестве вашего
сердца, вы живете губами, а звук становится лишь развлечением. И во многом
из того, что вы говорите, мысль наполовину убита. Потому что мысль - это
птица открытых пространств, которая в клетке из слов может расправить крылья,
но не может летать.
Если среди вас такие, кто ищет разговорчивого из страха остаться наедине
с собой. Молчание одиночества обнажает глаза их собственного Я, и им хочется
бежать от себя. И есть те, кто в разговоре неосознанно открывают правду,
которую сами не понимают. И есть те, у кого правда в них самих, но они
не говорят о ней словами. И в груди вот таких дух живет в ритмичном молчании.
Когда ты встретишь друга на дороге иль на базаре, пусть дух, что живет
в тебе, движет твоими губами и управляет твоим языком. И пусть голос твоего
голоса говорит уху его уха. Потому что его душа будет хранить правду твоего
сердца, как хранится вкус вина, когда цвет его забыт и сосуда уже нет больше.



© Джебран.

04:33 

ludum serius
Земную жизнь пройдя до половины,
я заблудился в сумрачном лесу,
утратив правый путь во тьме долины.

Каков он был, о как произнесу! -
Тот дикий лес, дремучий и грозящий,
чей давний ужас в памяти несу.

Так горек он, что смерть едва ль не слаще,
Но благо в нём обретши навсегда,
скажу про всё что видел в этой чаще.

@музыка: Mandragora scream - Frozen space

21:22 

ни о чём.

ludum serius
Кончался ещё один день
и в маленьком городе, где
меняется только погода,
я слушаю вновь тилитень
колокольный и песню рапсода.
Что опять не поёт о тебе,
никогда не поёт о тебе.

Вот такие, подруга, дела:
На плите - приготовленный ужин,
мой зрачок не расширен, не сужен,
ни жары, ни прохлады, ни стужи,
лишь вечерняя мгла.

@музыка: Placebo - My Sweet Prince

Дневник homo_ludens

главная